Сезонные явления

Я опоздал на репетицию, засуетился, так что даже сам нарычал на кого-то. Потом только заметил: ее место в уголочке пустует. Уже с неделю. Ну и что… Экзамены, может…ну, конечно, я иногда совсем забывал, она же еще училась… там, в своем институте… или, может, заболела… а может, просто тоже надоело все это… До ночи готовили прогон, спорили, курили, глушили кофе…это понятно…новое. А я все по-прежнему: будто увязал по колено во мраке осеннем, сердце, правда, перестало ныть - молчало. Помню, почти засыпал, полулежа на стуле.
Курьер. У режиссера хватало сил не кричать, что неправильно выстроен свет и музыка все время начиналась раньше положенного.
Актер. Вдруг я почуял, оно присело сзади и стало говорить как-то нехорошо. Действительно, разве во всем этом остался хоть какой-нибудь смысл? И эти слова, пьесы, которую все и так знают наизусть, и вот это количество шагов вот в этой вот сцене, и музыка – именно эта – для чего?!
Курьер. Мы пытаемся сказать что-то, а кому это нужно?
Актер. Режиссер велел – я сделаю. Я попробую. Я могу лишь попробовать. Нет, мне есть, что сказать им. А захотят ли они меня слушать? Или им важна только моя чересчур узнаваемая фигура, маячащая на сцене? Мизансцены выигрывают чаще, чем я. Как лечащий врач – себе помочь не в силах, если не верит ни глазам, ни рукам своим. И места для меня нет в пустом трамвае.
Курьер. А ты помнишь, как на спектакле снова разорвалась лампа софита?
Актер. Я стоял прямо под ним. Сначала звук: кокетливое «ах!» и унылое «уф!»… посыпалось снежное
нежное
вьюжное
стуженое…
Актер. Зима была долгой, пока сыпались осколки.
Курьер. Она рассказывала – тонко, правильно…
Актер. А ты помнишь?
Девушка. Он умеет всегда быть поблизости – на расстоянии высохшей слезы. Теперь сутулится и расправляет крылья все чаще и чаще.
Курьер. Под них прячутся в ненастье беззащитные воробышки, зверята и добрые люди.
Актриса. Он мрачнеет осенью, но расцветает весной.
Курьер. Играет героев, сильных душой. Поэтому щедро. Чуточку сумбурен…
Девушка. Как почерк старика, начинающего что-то забывать.
Курьер. Наивен по доброте.
Актриса. Как девятиклассник. В глазах – весенние лужи и сети нагих безымянных деревьев. Покажется – новое. Нет. Постаревшая так рано весна.
Актер. Весной она вновь прогуливает недели учебы в парках, под ивами… заходит в театр…заходит в театр?
Курьер. Не знаю.
Актер. Мы играем, и падают ее … слезы. Где-то, в маленьком зале, в последнем ряду, никто не должен видеть. А мне так хочется мельком, хоть в антракте разглядеть изумрудные глаза под стеклом. Они бояться яркого света. Так протянуть бы руку в темноту и поймать слезинку, чтоб она не затерялась, не пропала даром…

Явление семнадцатое

Сны

Девушка. Вы что-то потеряли? А пока вы спали – в буфете праздновали… кажется, день рожденья… Танцевали танго, смеялись.
Актер. Разрешите… (Приглашает).
Девушка. А вдруг я только сон.
(Потанцевав совсем чуть-чуть, отпускает, оказывается, что кружит Ассистентку).



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22


Публикации по теме: