Праздник урожая

И когда я бросаю свой мысленный взор на лето тридцать шестого эти два события, наш первый радиоприемник и возвращение дядюшки Джека, оказываются прочно связанными. Так что в тот момент, когда я вспоминаю лицо дядюшки и пережитый от увиденного шок, оно было иссохшим и желтым от малярии, я тут же вспоминаю свое восхище­ние, нет, священный трепет от радио, этого обладающего колдовски­ми чарами ящика. Я вспоминаю кухню и грохочущую ритмич­ную музыку ирландского танца, передача велась из Атлона, мою мать и ее сестер, которые, дружно взявшись за руки, начинали вдруг выделывать замысловатые па, при этом смеясь и пронзительно крича, как ошалелые школьницы. Тут же вспоминаю внушающую жалость фигуру Отца Джека, бродящего шаркающей походкой из комнаты в комнату как бы в поисках какой-то забытой вещи. И хотя мне было в то время всего семь лет, меня не покидало чувство тревоги, осо­знания того, что все быстро меняется, даже слишком быстро, может быть, отчасти поэтому что в реальной жизни дядюшка Джек оказался так далек от его идеального образа, который рисовало мое вообра­жение. Отчасти оттого, что под действием колдовских чар 'Маркони' эти милые, уравновешенные женщины словно сходили с ума и станови­лись совсем чужими. А может быть, отчасти и потому что в дни праздника нас дважды навещал мой отец, Джерри Эванс, и у меня был шанс первый раз в жизни лицезреть его.
На сцене включается свет. Кухня и садик освещены ярким летним солнцем. Тепло.
МАЙКЛ, КЕЙТ, ДЖЕРРИ и ОТЕЦ ДЖЕК уходят со сцены. Остальные заняты каждый своим делом. МЕГГИ гото­вит корм для кур. АГНЕС вяжет перчатки. РОУЗ при­носит корзину с торфом и вываливает его в коробку стоящую за плитой. КРИС гладит на кухонном столе. ВСЕ молча работают. Затем КРИС, закончив свою ра­боту, подходит к малюсенькому прикрепленному к сте­не зеркальцу и тщательно рассматривает свое лицо.
КРИС. Когда же мы, наконец, приличное зеркало купим?
МЕГГИ. Пока и это сойдет.
КРИС. Оно же разбитое. Выброшу его к чертовой матери.
МЕГГИ. Только попробуй. Оно же треснутое. Семь лет его тро­гать нельзя. Примета такая.
КРИС. Ничего же не видно.
АГНЕС. Кроме новых морщин.
КРИС. Знаешь что я придумала? Попробую-ка я губную помаду.
АГНЕС. Мегги, ты слышала?
МЕГГИ. Валяй, девочка. Сегодня губная помада, а завтра бутыл­ка джина.
КРИС. Попробовать все-таки надо.
АГНЕС. Пока Кейт поблизости нет. 'В язычницы хочешь заделать­ся?'
КРИС почти прислоняется к зеркальцу и ощупывает лицо.
КРИС. Бледная немочь. И волосы как крысиные хвосты. Подкрасить не мешало бы.
АГНЕС. А зачем?
КРИС. Да так просто. (Передергивает плечами и продолжает гладить. Берет в руки стихарь.) И платье новое справить. Прости меня, господи...
Работа продолжается. Все молчат. Неожиданно для всех РОУЗ начинает петь громким и сиплым голосом.
РОУЗ. 'Поедем в Абиссинию, поедем? Только чашку с блюдцем и сдобу не забудь...
Продолжает петь, но уже неуклюже пританцовывая шаркая и абсолютно не в такт пению.
'Муссолини прямо с неба
Свалится на нас,



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41


Публикации по теме: