Чувство близости

София помогает ей раздеться, подает ночную рубашку.

ЮНОНА. Мне больно. Дай таблетку.

София приносит таблетку и стакан воды. Юнона пьет. София приносит письма.

ЮНОНА. Не надо. Унеси.

София уносит.

ЮНОНА. Почему ты их переложила?
СОФИЯ. Отец нашел. Пришлось искать другое место.
ЮНОНА. Как он теперь?
СОФИЯ. Без изменений.
ЮНОНА. Спрашивал обо мне?
СОФИЯ. Нет.

Пауза.

ЮНОНА. Давай ложиться.

Ложатся.

ЮНОНА. Дай руку.
СОФИЯ. Ты же ее держишь...
ЮНОНА. И все равно чего-то не хватает.

Пауза.

ЮНОНА. Твои карты сказали правду.
СОФИЯ. Не верь картам. Иногда они нарочно врут.
ЮНОНА. Недавно мне снилась мама. Она была в твоем платье, помнишь, такое фиолетовое, с меховой оборкой? Я умоляла ее снять его, но она только качала головой. Сидела на нашей кухне за столом, нарядная, чужая. И не проронила ни слова. Вдруг в окно с улицы кто-то забросил детский мячик. Мама вздрогнула и зажала рот рукой - чтобы не вскрикнуть твоим голосом. От страха я проснулась, и боялась снова заснуть...
СОФИЯ. Когда я была беременна Юстасом, Августину было уже полтора годика, - твой отец обещал ей не ходить ко мне. Она знала, что я беременна. По воскресеньям мы встречались в церкви и желали друг другу мира и покоя. Я всегда стояла за вами, рядом с входом - чтобы успеть убежать. Перед тем, как обернуться ко мне, она всегда брала тебя и твою сестру за руки и глубоко вдыхала... Когда поворачивалась, она никогда не смотрела в глаза - кидала свои слова куда-то в область левой брови, быстро оглядывала мой живот и сразу же поворачивалась спиной. Как-то после службы, перед самым рождением Юстаса, у выхода она поймала мою руку, поцеловала ее и дала письмо. В тот же вечер твой отец опять позвонил ко мне в дверь. Она прислала его, словно чувствовала, что Юстас уже на подходе. Ночью отец отвез меня в больницу. К ней вернулся через день. «Ну?» - спросила твоя мама. «Мальчик». «Поздравляю».
ЮНОНА. Откуда ты знаешь, София?
СОФИЯ. Она присылала мальчикам одежду, вязала шапочки и вырезала звезды из фольги. Я все складывала в большой мешок и относила в подвал - говорила себе, мои дети не сиротки, и я не опущусь настолько, чтобы украшать дом ее звездами...- Я ждала, что твой отец сделает выбор.
ЮНОНА. Он не мог самостоятельно даже галстук выбрать.
СОФИЯ. Мы сталкивались в магазинах, в парке, в детской поликлинике. Я знала каждую родинку на ее лице. С годами наши почерки стали похожими, стало ясно, что твой отец никогда не решится. Он был слишком слабым. Он привык. И мы, кажется, тоже. Однажды твоя мама позвала меня в кафе. «Как мальчики?» «Спасибо, растут. А вы?» «Мы переболели корью». Сидели в кафе и, представь себе, плакали. Тогда я ее просто любила. Странно, правда? В тот миг я поняла, почему твой отец ее не бросает...
ЮНОНА. Почему ты мне это все рассказываешь?..
СОФИЯ. Когда твоя мама... он мне достался в наследство. Я не могла прекратить ей писать. Так привыкла видеть ее за спиной отца, что без нее он выглядел каким-то не полным... Словно, другим.

Нам алюминиевую фольгу поставляют здесь.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23


Публикации по теме: