Аллес

Таня налила ведро воды, моет пол в маленькой комнате. Собирает арбузные семечки. Говорит быстро, сквозь зубы:
- Зачем ты, испортила всё. Мать ещё, одно название, родила, думаешь, дело сделала, можно значит, всю жизнь вот так вот мою. Отвяжись уже, дай пожить спокойно.

Маргарита Михайловна не унимается, она вошла в азарт. Кажется, что она говорит всё это даже как-то весело:
-  Холуй, убежал, дверью хлопнул. Всё говно к берегу твоему. Подул ветер – и к тебе его, а ты золото, думаешь. Танька, да найдёшь ты, слово даю. Другого такого, хорошего, и заживёшь, как королева прямо, спасибо ещё потом мне, придёшь как-нибудь из квартиры своей богатой и скажешь.

Таня бросила тряпку, подошла к матери. На руках у неё налипшие из ведра волосы. Она собирает их с пальцев. Говорит, глядя в лицо матери:

-  Ну, скажи, я просила тебя? Моя комната, ты права не имеешь, зашла она, умная. Слышишь, ты, зачем зашла, чего нужно тебе, отвечай?

Маргарита Михайловна смотрит на руки дочери. Теперь она говорит спокойно, проговаривая каждое слово:

-  Не пара он, поняла, Таня, запомни, не пара. В семье нашей, слава Господу, нет холуёв.

Таня никак не может отлепить  налипшие к мокрым пальцам волосы, пошла в комнату, окунула руки в ведро, кричит нетерпеливо:

-  Он женился бы на мне, мы б свадьбу с ним сыграли, весь завод бы пришёл. А ты бы не узнала даже. Я б за всё тебе отплатила. Уехала бы от тебя, наконец, от квартиры от этой.

Таня села на кровать, минуту помолчала, потом тихо заговорила, улыбается. Говорит, как бы, ни кому-то конкретно, а, как бы, в никуда, в пустоту:

-  Сижу я в своей комнате, одна, на подоконнике. Ночь, я  на фонари смотрю и  представляю. Проснусь я утром, глаза открою, там, в его квартире. И скажу сама себе, чтоб он не услышал: вот счастье-то. Встану, умоюсь, и никто слова не скажет, что свет в ванной не выключила. Пойду на кухню, чайник поставлю, и никто не закричит, что спичку не туда выкинула. Сяду есть, и никто не скажет, что… не скажет никто, ни слова, никто.

Маргарита Михайловна пришла в комнату к дочери, стоит на пороге.

- Скажут, найдутся, ещё и не такое он скажет тебе, мать вспомнишь, попомнишь слова мои.

Таня, как бы очнувшись, смотрит на мать, плачет.

-  Могло бы быть всё, всё это могло быть со мной. Это ты испортила. Всё-всё пропало, исчезло, нету ничего, нету.

Маргарита Михайловна подошла к ведру, полощет тряпку.

- Женится, обрадовалась, чемодан собрала. Он со мной-то, с матерью, знакомиться не захотел, разве правильно это? Увидел, морду кирпичом и вперёд. Не нужна ты ему для серьёзу, так, играется.

Таня вырывает тряпку у матери.

Ч/Б.
Таня с Мишей сидят на кровати, целуются. Забегает Маргарита Михайловна. Кричит. В руке у неё сетка с арбузом.

- Танька, ты шалашовка последняя. А ты, ты, убирайся. Смотри ка, пристроился, нечё, я отважу тебя ходить. Я такое на тебя. Ты не зайдёшь вовсе. Ты адрес забудешь.

Вдруг сетка выскальзывает у неё из рук. Арбуз падает, разбивается.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15


Публикации по теме: